Добро пожаловать


Вы находитесь на сайте Беломорской биологической станции МГУ им.М.В.Ломоносова.

Для того, чтобы создавать новые темы в форуме сайта, а также, чтобы комментировать материалы, вам необходимо зарегистрироваться.

Войти

Я забыл пароль

Зарегистрироваться

Главная страница Карта сайта Контактная информация
ББС МГУ

Беломорская Биологическая Станция Московского Государственного Университета им.М.В.Ломоносова
Русский язык Русский     English English

Главная » Практика » Геоморфологи »


 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Отчет о зимней экспедиции 2010

С 6 по 9 февраля 2010 г. на ББС проведена седьмая зимняя экспедиция НСО кафедры геоморфологии и палеогеографии Географического факультета МГУ. Как и в предыдущих экспедициях (2000-2004, 2009 гг.), геоморфологи изучали взаимодействие рельефа побережья п-ова Киндо с ледовым и снежным покровом. Основное внимание традиционно уделено наблюдениям за воздействием ледового покрова на литораль: созданными льдом формами рельефа и ледовым разносом осадочного и биогенного материала.

Экспедиция 2010 г., в отличие от прошлогодней, была менее продолжительной и многочисленной (рис. 1). Существенно отличались и погодные условия. Зима 2009-10 гг. – одна из наиболее холодных, ранних и снежных в первом десятилетии XXI века. Однако во время экспедиции погода была достаточно теплой (-5 - -11о), практически непрерывно шел небольшой снег, осложнявший работы.

За три полевых дня выполнены:

  1. Два маршрута ледовой съемки (п. Пояконда – ББС, ББС – м. Киндо) с составлением ледовой карты, изучением особенностей ледяных форм на литорали, оценкой загрязненности льда и состава включений и измерением высоты снежного покрова;
  2. Картирование ледяных образований на трех площадках наблюдения за ледовым перемещением крупновалунного материала, заложенных в 2009 г.

В результате составлены ледовая карта и схемы ледовой обстановки на площадках, и получены данные об особенностях взаимодействия льда и рельефа литорали в условиях холодной зимы.


Рис. 1. Участники экспедиции: А.С. Булочникова и Т.Ю. Репкина
Методика работ, а также основные использованные термины освещены в отчете НСО кафедры за 2009 г., и, более подробно, - в отчете, который находится в библиотеке ББС («Отчет…, 2009»).

1. Рельеф литорали и ледовый покров. Особенности холодной зимы

1.1. Условия ледообразования

По данным ГМС Ковда (табл. 1) проанализированы условия формирования ледового покрова от начала ледообразования до времени наших наблюдений и выделены периоды образования льда и оттепели, сопровождавшейся его разрушением.

Таблица 1.

Гидрометеорологические условия периода ледостава зимы 2009-10 гг. (ГМС Ковда)

Параметры/Период X XI XII I 01-09.II
Температура воздуха,оС средняя -0,4 -1,6 -8,4 -14,3 -7,5
максимальная +4,6 +2,5 +1,7 -0,7 -2,6
минимальная -4,5 -9,0 -19,4 -33,2 -18,4
Среднемесячная скорость ветра, м/с 2,6 1,9 2,9 1,9 2,4
Кол-во осадков, мм 46,2 91,6 54,9 20,0 44,2
Высота снежного покрова (начало: окончание периода), см 0:2 2:24 23:39 39:41 41:62
Периоды образования льда, даты 11-15.10
29-30.10
05-16.11
24-27.11
03-08.12
14-31.12
01-28.01 01-09.01
Оттепели и потепления, даты 16-28.10 01-04.11
17-23.11
28-30.11
01-02.12
09-13.12
11.01 -

Зимой 2009-10 гг. ледообразование началось почти на месяц раньше, чем в теплом 2008-09 гг.

В октябре незначительные (до -4,5о) отрицательные температуры, их периодические переходы через 0о, сильные порывистые (до 10-14 м/с) ветры преимущественно «отжимных» западных румбов, распреснение поверхностных горизонтов воды за счет выпадающих (с конца октября - в виде снега) осадков благоприятствовали:

  1. формированию начальных видов льда, и ниласа (лед мощностью до 10 см);
  2. насыщению их осадочным материалом за счет замерзания вод, взмученных приливами и волнением, и неоднократного примерзания льда к поверхности пляжа и осушки;
  3. активному переотложению материала при частичном или полном стаивании ледового покрова;
  4. выносу льда и содержащегося в нем материала ветрами и отливными течениями.

Лед, сформировавшийся на литорали, был разрушен во время оттепелей, и в начале ноября ледовый покров в губах Кандалакшского залива отсутствовал (http://www.aari.ru). В отчлененной и значительно опресненной губе Кисло-Сладкая лед, образовавшийся в октябре, сохранялся по сведениям А.Н. Пантюлина, в течение всей зимы.

Ноябрьские условия ледообразования – невысокие (до -4,5о) отрицательные температуры, резко понижавшиеся (до -9,0о) лишь 13-15 ноября, обильное выпадение снега (табл. 1), периодическое увеличение скорости нагонных восточных ветров до 11-13 м/с, способствовали формированию начальных, преимущественно снежных, видов льда и ниласа и их обогащению осадочным материалом. В условиях сжатия, обусловленных нагонным ветром, пластичные молодые льды подверглись наслоению. Во время относительно неглубоких (-3,2о - +1,8о), но довольно продолжительных ноябрьских оттепелей, последняя из которых сопровождалась сильными (порывы до 14 м/с) отжимными ветрами и значительным (10,2 мм) снегопадом, припай был разрушен существенно, но, возможно, не полностью. Так, 17-18 ноября, в начале одной из оттепелей, в губах, омывающих п-ов Киндо, сплоченность ниласовых льдов составляла 7-8 баллов.

09_11_1819_s_64_all.jpg  773.57 KB
Карта-схема ледовой обстановки в Белом море



В декабре
условия ледообразования были принципиально иными. Как в начале, так и в середине декабря, очередной этап ледообразования (табл. 1) начинался при резком падении температуры (до -13,0о и до -19,4о соответственно) и очень слабых ветрах (рис. 2). В этих условиях припай формировался быстро – уже к 8 декабря вся кутовая часть Кандалакшского залива и губы его западного берега были заполнены ниласовыми льдами сплоченностью 7-8 баллов (http://www.aari.ru), и «на месте», деформируясь и насыщаясь осадочным материалом лишь под воздействием приливов и отливов. При неглубоком (не выше -1,5о) потеплении 9-13 декабря, завершившемся при сильных (порывы до 13 м/с) с метелью (0,8 мм снега) ветрах переменных румбов, припай был переформирован, но его полное разрушение вряд ли произошло.

Рис. 2. Гидрометеорологические условия ледообразования в декабре 2009 г. (ГМС Ковда).


А. 1-14 декабря.


Б. 15-31 декабря.

Со второй половины декабря и до момента наших наблюдений ледообразование было практически непрерывным.

Во второй половине декабря припай развивался при низких (от -5,6о до -16,3о) температурах, обусловивших устойчивое нарастание льда, и ветрах, периодически усиливающихся до штормовых. 15-17 декабря дули «отжимные» (порывы до 13 м/с), а с 21 декабря до начала января – нагонные (порывы до 12-18 м/с) ветры. По сообщению В.В. Сивонена в один из штормовых дней льды, принесенные из Кандалакшского залива, полностью закрыли стационарную полынью, и были промыты приливно-отливными течениями только через несколько дней. При воздействии сильных нагонных ветров на уже довольно мощный и потому менее пластичный лед, произошло торошение припая, и сформировались многочисленных ропаки и торосы. Эти образования, особенно на восточной оконечности п-ова Киндо, были хорошо морфологически выражены даже в начале февраля. Лед торосов слоистый (мощность слоев 10-20 см), практически не загрязнен, что, возможно, говорит в пользу его образования на открытой акватории Кандалакшского залива. Основное обогащение осадочным материалом произошло, скорее всего, в подошве торосов, при сдирании надвигающимися льдинами материала литорали. К началу января кут Кандалакшского залива и губы его северо-западного берега были заняты припаем мощностью 30-70 см, в центральной части залива, где сплоченность льдов достигла 10 баллов, преобладал серый (мощность 10-15 см) лед (http://www.aari.ru).

Дальнейшее развитие припая в январе – начале февраля шло при низких (до -33,2о) температурах и слабых, преимущественно «отжимных» ветрах, что не благоприятствовало обогащению льда осадочным материалом. С 27 января по 4 февраля ветры восточных румбов (порывы до 11-12 м/с) вызвали сжатие, и, возможно, торошение припая. В начале февраля прошел обильный снегопад (табл. 1), и на припае образовались многочисленные мореницы. Мощность плавучих льдов в Кандалакшском заливе возросла до 15-30 см, а площадь припая по сравнению с началом января увеличилась почти вдвое (http://www.aari.ru). Судя по наблюдениям 2009 г. в периоды, когда температура поднималась выше –6о (11-12, 16-18, 21 января и 3-7 февраля) могло происходить частичное разрушение плавучего, а при потеплении выше –2о (11 января) - и подошвы припая (рис. 3). Периоды потеплений сопровождались, как правило, сгонными ветрами, что способствовало выносу льда.

ris3.gif  427.54 KB
Рис. 3. Карта ледовой обстановки на побережье п-ова Киндо в феврале 2010 г. Составили Т.Ю. Репкина, А.С. Булочникова


Таким образом, возраст ледового покрова к началу экспедиции составлял около 2 месяцев, в отчлененной губе Кисло-Сладкая, а, возможно, и на литорали полуотчленненых губ, - около 3 месяцев, тогда как теплой зимой 2008-09 гг. - менее 1 месяца.

До начала декабря ледообразование проходило по типу теплых зим – при неустойчивых температурах и переменных ветрах формировались наслоенные льды, существенно обогащенные тонким (до песков) осадочным материалом, происходил активный вынос материала с литорали. С декабря припай развивался по типу холодных зим – при низких температурах образовывались относительно мощные льды, в меньшей степени насыщенные взвесью. Воздействие сильных нагонных ветров на уже достаточно мощный лед вызвало его торошение и, возможно, обогащение подошвы торосов материалом литорали.

Это определило строение и морфологию ледового покрова, особенности его взаимодействия с рельефом литорали и ледового разноса материала.

1.2. Строение и морфология ледового покрова

Зимой 2009-10 гг., как и в холодные зимы 2001-02, 2002-03, 2003-04 гг. для ледового покрова губ, омывающих п-ов Киндо, были характерны:

    1. высокая ледовитость (рис. 3). При температурах -5,0о - -10,0о стационарная полынья наблюдалась лишь на участках наиболее интенсивных приливно-отливных течений: над Еремеевским порогом, примыкающей к нему с запада депрессией с глубинами 10-17 м, и в проливах на входах в Еремеевскую губу (рис. 4). Ширина припая - 100-500 м. При похолоданиях (табл. 1) площадь полыньи сокращалась еще больше. В конце декабря полынья несколько дней была закрыта льдами, принесенными сильным восточным ветром.

      Рис. 4. Стационарная полынья над Еремеевским порогом (а) и на западе губы Еремеевская (б). Фото А.С.Булочниковой


    2. большие, чем в теплые зимы, возраст и мощность льда. Плавучий припай сложен молодыми льдами (серым - мощность 10-15 см, и серо-белым - 15-30 см), и однолетним тонким – белым (30-70 см) льдом. При понижении температуры до –8о по контуру полыньи формировался нилас. Начальные виды льдов, широко распространенные в теплые годы, практически отсутствовали. Неподвижный и подвижный припай представлены, в основном, белым льдом. Мощность подвижного припая, а на восточной оконечности полуострова, открытой нагонным ветрам, – всех элементов припая, увеличена за счет деформации льда. Максимальная мощность ледяных образований достигала 200 см, что более чем в 2 раза превышает показатели 2009 г. Между тем, по данным А.Н. Пантюлина, средняя мощность недеформированного плавучего припая в полузамкнутых (Еремеевской и Ермолинской) и отчлененных (Кисло-Сладкая) губах увеличилась, по сравнению с прошлым годом, всего на 0,2 см.
      1. существенно меньшая пластичность и подвижность припайных льдов, что обусловило иной, чем в теплые зимы, набор и морфологию, и, в целом, меньшее разнообразие ледяных форм:
        1. границы динамических зон припая: неподвижного, подвижного и плавучего, затушеваны за счет большей мощности льда и снежного покрова (на припае 20-30 см, тогда как на пляже – 50-60 см, а на луговой террасе 50-80 см). Морфологические изменения припая в фазы прилива и отлива выражены заметно слабее, чем в теплые годы;
        2. на востоке полуострова преобладали формы торошения - гряды торосов, ропаки, надвинутые льдины, в теплые зимы не наблюдавшиеся. Гряды торосов высотой до 1,5-2,0 м и протяженностью до 200 м сложены надвинутыми друг на друга прозрачными, голубоватыми льдинами мощностью 10-20 см (рис. 5) и имеют типичные для надвигов асимметричные склоны - более пологие (15-20о) обращены к морю, крутизна бережистых достигает 25-30о. Судя по положению торосов, максимальные сжатия льдов происходили над относительно крутыми подводными склонами восточной экспозиции. Так на отмели, окаймляющей каменистую луду у склона к депрессии пролива Великая Салма, сформировались 3 генерации торосов (рис. 6). У кромки стационарной полыньи, приуроченной к склону от отмели Еремеевских островов к осевой депрессии Ругозерской губы, на подвижном припае наблюдалось нагромождение льда высотой более 2 м (беспорядочная торосистость). Здесь за счет сочетания напряжений, обусловленных нагонными ветрами и интенсивными приливно-отливными течениями, движения льда были наиболее сложными. На плавучем и подвижном припае широко развиты ропаки – отдельные льдины, стоящие вертикально или наклонно и окруженные относительно ровным льдом (Номенклатура…, 1974), а на границе подвижного и неподвижного припая - надвинутые на берег льдины.

          Рис. 5. Северо-восточная оконечность п-ова Киндо. Торосы на границе плавучего и неподвижного припая (передний план), ропаки на плавучем припае (задний план). Фото Т.Ю.Репкиной

        3. Рис. 6. Гряды торосов на отмели к востоку от луды. Фото А.С. Булочниковой

        4. выброшенные на берег льдины, образование которых связано с характерным для теплых зим присутствием в акватории битого льда, встречены единично.
        5. ледяные шатры (Romanenko et. al., 2004), при близкой к 2009 г. локализации, определяемой рельефом литорали и наличием крупных валунов (http://www.wsbs-msu.ru/doc/view.php?ID=118, рис. 2), отличались большей крупностью и меньшим морфологическим разнообразием. В пределах валунного пояса средний диаметр шатров (шатры 1 типа) составлял 1-1,5 м, высота – до 1 м (рис. 7); максимальные параметры - 4-6 м и 1,5-2 м соответственно. Диаметр шатров, формирующихся в пределах плавучего припая над глыбами, осложняющими подводный береговой склон (шатры 1 и 2 типа), как правило, превышал 10 м, а их высота достигала 2-2,5 м. Вблизи м. Киндо отмечены крупные шатры 1 типа, в 2009 г. не наблюдавшиеся (рис. 8). Мощность льдин, слагающих шатры - 50-100 см. Морфологически шатры 1 типа были представлены, чаще всего, сводами с нераскрывшимися или раскрывшимися и затем смерзшимися «лепестками» (рис. 9). Широко развиты «хаосы», лепестки которых приобрели округлые очертания в результате взаимодействия с приливными водами и снегом (рис. 7). Крупные лепестки раскрывшихся шатров часто запрокинуты к берегу и напоминают ропаки (рис. 10). Молодые шатры (http://www.wsbs-msu.ru/doc/view.php?ID=118, рис. 3.5) отсутствовали даже у открытой воды, что свидетельствует о длительном развитии ледяных форм.

          Рис. 7. Небольшие ледяные шатры, сложенные умеренно загрязненным льдом (2 балла) на западе Ермолинской (а) и в куте Еремеевской (б) губ. Охристые пятна (показаны стрелкой) окаймляют включенные в лед фукусы. Фото А.С. Булочниковой

        6. Рис. 8. Крупные ледяные шатры вблизи м. Киндо

          Рис. 9. Шатер 1 типа (диаметр – 4м, высота 1,5 м) в восточном куте губе Еремеевская. Фото А.С. Булочниковой

          Рис. 10. Лепесток ледяного шатра, вздернутый и наклоненный к берегу. Фото Т.Ю. Репкиной

        7. приливные трещины часто окаймлены ропаками и надвинутыми льдинами (рис. 11);
      Рис. 11. Ропак «крыло» в районе Черных Щалей. Фото А.С. Булочниковой

    3. большая экзарационная способность льда и его грузоподъемность, что способствует захвату материала различной крупности, в том числе валунов, и, вместе с тем, меньшая подвижность льда, а, следовательно, мобильность включенного в лед материала.

    1.3. Мутность льда и ледовый разнос терригенного и биогенного материала

      1. Загрязненность льда на литорали п-ова Киндо в 2010 г. была, по визуальным оценкам, меньше, чем в 2009 г. При этом ее латеральное распределение – возрастание мутности льда на западных берегах мелководных губ и ограничивающих их с запада мысах, близко к прошлогоднему (http://www.wsbs-msu.ru/doc/view.php?ID=118, рис. 2). У приглубого берега в районе м. Киндо, лед, несмотря на обилие форм торошения, как и в прошлом году, практически не загрязнен. Обогащение аллювиальным материалом было, по-прежнему, локальным (максимальный ареал – около 100х50 м - в устье руч. Банный) и незначительным;
      2. Распределение материала по разрезу ледовой толщи неравномерно. Как правило, загрязнены нижние горизонты, примыкающие к поверхности литорали или валунам под ледовыми шатрами (рис. 12). Однако, по визуальным оценкам, обогащение нижних горизонтов льдин, слагающих шатры, не достигало прошлогодних значений (рис.13).

        Рис. 12 (А,Б). Нижние горизонты льда, загрязненные за счет замерзания вод, обогащенных взвесью, и оседания взвеси, принесенной в прилив. Охристые пятна – признак включения водорослей. Фото Т.Ю. Репкиной


      3. Рис. 13. Слабо раскрывшийся ледяной шатер с незначительным загрязнением лепестков. Видны вмерзшие фукусы. Фото Т.Ю. Репкиной

      4. В составе включений преобладал тонкий (до песков) терригенный материал, а из биогенных включений - фукусы. Включений гальки и валунов в «лепестках» ледяных шатров, торосах, ропаках и надвинутых льдинах не отмечено. В результате наблюдений на стационарных площадках, установлено, что в пределах неподвижного припая все валуны высотой менее 30 см полностью вморожены в ледовую толщу. Их перемещения можно ожидать при разрушении припая. Льды, содержащие водоросли, часто имеют неровную охристую окраску (рис. 7, 12, 13). По визуальным оценкам количество включенных в лед фукусов меньше, чем в 2009 г.
      5. В условиях холодной зимы, как и в теплом 2009 г., судя по распределению и составу включений (криозоля), действовали следующие механизмы обогащения льда терригенным материалом:
        1. примерзание отложений литорали к подошве льда (лед с подошвы послойно обогащен материалом, соответствующим по крупности отложениям литорали). В 2010 г. обогащение лепестков ледяных шатров за счет этого механизма было меньше, чем в 2009 г. (рис. 13);
        2. замерзание вод, обогащенных взвесью, в том числе – намерзание новых горизонтов льда при приливах и нагонах (серый и сероватый мутный лед, иногда с застывшими пузырьками воздуха, относительно равномерно обогащенный преимущественно тонким – до мелкого песка, материалом). Такие льды, как и предшествующей зимой, широко развиты в нижних горизонтах припая (рис. 12);
        3. оседание взвеси, принесенной в прилив, в трещинах и на неровностях льда (коричневато-серые полосы осевшей и примерзшей тонкой взвеси, приуроченные, как правило, к выступам на торцах льдин). Как и в прошлом году, этот механизм распространен очень широко (рис. 12, рис. 14);

          Рис. 14. Взвесь, принесенная в прилив и осевшая на неровностях льда. Темное пятно в верхних горизонтах льдины – вмерзшие водоросли. Фото Т.Ю. Репкиной

        4. замерзание вод, принесенных ручьями и временными водотоками (светлый коричневато-бурый (рис. 15), иногда мокрый буро-охристый (рис. 16) лед, содержащие тонкую аллювиальную взвесь с существенной примесью органики). Локализация и обогащение этих льдов практически не отличаются от прошлогодних параметров. Следовательно, и в холодные зимы разгрузка водотоков на лед не прекращается;

          Рис. 15. Лед, обогащенный аллювиальной взвесью в устье руч. Банный (а) и безымянного ручья к западу от ББС (б). Фото Т.Ю. Репкиной (а) и А.С. Булочниковой (б)


        5. Рис. 16. Мокрый охристый лед неподвижного припая в устье ручья западу от ББС. Фото Т.Ю. Репкиной

        6. замерзание вод, поступающих со склонов (натеки охристого, но достаточно прозрачного льда - «ледопады», «ледяные бороды», приуроченные к крутым и отвесным береговым уступам, сложенным коренными породами в зонах активных разрывных нарушений; при оттепелях разрушаются, и содержащееся в них вещество поступает на берег). Локализация и размеры этих образований близки к прошлогодним, а охристость льда (т.е. насыщенность органическими веществами или гидроокислами металлов (?)) визуально, несколько меньше, чем в 2009 г;
        7. вмерзание в лед взвеси, осевшей на водорослях (коричневато-серые пятна тонкой взвеси, окаймляющие вмороженные водоросли (http://www.wsbs-msu.ru/doc/view.php?ID=118, рис. 7). В отличие от прошлого года, такой характер обогащения наблюдался крайне редко.

    В холодный 2010 г., как и в теплые годы, наиболее значимы, судя по распределению включений, два первых механизма. Горизонты льда, обогащенные за счет контактного механизма захвата, обеспечивающего поступление относительно крупного терригенного материала и литоральной флоры и фауны, приурочены к подошве припая. Последняя в условиях холодной зимы, т.е. устойчивого и слабо нарушенного ледового покрова, практически нигде не обнажена, и ее загрязненность не может быть оценена визуально. Это относится и к такой разновидности контактного механизма захвата, как сдирание отложений литорали при торошении припая, судя по облику ледяных форм, весьма распространенному в холодные годы на восточной оконечности п-ова Киндо.

    Таким образом, на литорали п-ова Киндо:

      1. лед выносит, как и на других арктических побережьях (Лисицын, 1994), преимущественно тонкозернистый материал (в данном случае - крупностью до мелкого песка), поступающий при замерзании взмученных вод;
      2. в условиях холодной зимы с относительно мощным ледовым покровом, как и в теплые зимы, выдавливание валунов по приливным трещинам на поверхность льда, отмеченное В.Г. Чувардинским (1985) на открытом берегу Кандалакшского залива, не наблюдалось. Вероятно, это связано с несколько иными гидрометеорологическими и ледовыми параметрами отчлененных губ.

    Литература

    1. Лисицын А.П. Ледовая седиментация в Мировом океане. М: Наука, 1994. С. 36-50.
    2. Номенклатура морских льдов. Условные обозначения для ледовых карт. Л.- Гидрометеоиздат, 1974.- 86 с.
    3. Отчёт о зимней студенческой экспедиции на побережье Белого моря (26 января-6 февраля 2009 г.) / Булочникова А.С. др. М.: Географический факультет МГУ, 2009.
    4. Чувардинский В.Г. Геолого-геоморфологическая деятельность припайных льдов (по исследованиям в Белом море)//Геоморфология. 1985. № 3. С. 70-77.
    5. Romanenko F.A., Yermolov A.A., Yefimova L.E., Archipov V.V, Ogorodov S.A. The peculiarity of fast dynamics in the White sea tidal-flats//Berichte zur Polar- und eeresforschung. .№ 482. Bremerhaven. 2004. Pp.214-215.
    6. http://www.aari.ru - ГУ «Арктический и антарктический научно-исследовательский институт». Региональные ледовые карты.
    7. http://planeta.infospace.ru/prod-cgi/last.pl?product=64 - ГУ "НИЦ "Планета". Белое море - карта-схема ледового покрова.
    8. http://www.rp5.ru - Расписание Погоды. Архив данных по ГМС России за 2005-2009 гг.
    9. http://www.wsbs-msu.ru/doc/view.php?ID=118 - Отчет о зимней экспедиции 2009 НСО кафедры геоморфологии и палеогеографии (Репкина Т.Ю., Архипов В.В., Булочникова А.С., Буторина Е.А., Гаранкина Е.В., Козлова К.Г., Кокин О.В, Константинов Е.А., Мазнев С.В., Новикова Н.Г., Орлова П.Д., Петров О.Л., Скворцов С.В., Смирнов А.Ю., Тарасов М.К., Токарева Е.А., Удалов Л.Е.)

    Большое спасибо!!!

    Участники экспедиции выражают искреннюю признательность директору ББС МГУ, профессору Александру Борисовичу Цетлину, главному инженеру Николаю Александровичу Вершинину, сотрудникам станции Андрею Васильевичу Савченко, Вало Валовичу и Валентине Петровне Сивонен, смотрительнице домика в Пояконде Татьяне Петровне Изюмской и всем сотрудникам станции за неизменное внимание и широкое содействие.

    Авторы

    Репкина Т.Ю. (н.с., к.г.н.)
    Булочникова А.С. (аспирант)




Атлас
флоры и фауны Белого моря

Правила заезда на ББС
В 2017 году на ББС вводятся новые правила заезда и отъезда.

Атлас
флоры и фауны Белого моря

 

+7 (815) 33-64-516

Электронная почта: info@wsbs-msu.ru

Вход в почту @wsbs-msu.ru



2008 создание сайта: Создание сайтов - DeCollage
© 2000-2015 ББС МГУ